Маяк правосудия: правовые позиции Конституционного Суда в судебном правоприменении и почему это так важно?

 

Правовые позиции Конституционного Суда мы можем определить как нормативно-интерпретационные установления, правовые выводы Суда, которые он сформулировал в процессе толкования конституционных норм или выявления конституционно-правового смысла положений закона. На основе этих установлений КС формирует итоговый результат о конституционности или неконституционности норм.

Такие правовые позиции тем самым образуют концептуальное ядро решения Суда.

 

Решение Конституционного Суда отличается от иных судебных актов. Выраженные в нем правовые позиции обладают нормативной природой, что обязывает ординарные суды применять их наряду с положениями нормативных правовых актов. Несмотря на формулирование правовых позиций в судебном решении, они являются “правом”, а само решение – самостоятельным источником права [1].

 

 

Использование правовых позиций Конституционного Суда ординарными судами обусловлено следующими факторами:

 

1. Общеобязательность. Решения Конституционного Суда, а, следовательно, и выраженные в них правовые позиции, обязательны для всех, в том числе для судебных органов (статья 6 Закона о Конституционном Суде). При этом позиции КС формулируются не только в постановлениях, но и в определениях. Несмотря на то, что определение не является итоговым решением, выявленный в нем конституционно-правовой смысл имеет идентичную юридическую силу. Соответственно, правовые позиции в определениях аналогично не могут игнорироваться судами.

 

Общеобязательность распространяется не только на резолютивную часть решения Конституционного Суда, но и на мотивировочную.

 

Как отмечал Конституционный Суд, положения мотивировочной части постановления, на которых основаны его выводы, сформулированные в резолютивной части этого же постановления, отражают правовую позицию Конституционного Суда и также носят обязательный характер (Определение от 8 октября 1998 года № 118-О). Мотивировочная часть при этом содержит в себе правовые позиции как посвященные определенной конституционно-правовой проблематике, так и те, которые носят более общий характер и могут быть применены безотносительно конкретной отрасли (н., позиции, касающиеся соразмерности ограничения прав и свобод).

 

2. Повышение обоснованности судебного решения. Использование правовых позиций Конституционного Суда правоприменителем делает его выводы более мотивированными и убедительными. Ссылка лишь на нормативное положение без учета данного ему конституционно-правового истолкования не всегда обеспечивает достаточную степень обоснованности аргументации: потенциально сохраняется риск альтернативного понимания содержания нормы, вкладывания в нее иного смысла. Учет правовой позиции позволяет суду выстроить мотивировку на основе уже сформированного конституционно-правового смысла нормы, тем самым демонстрируя не только формальное применение закона, но и его конституционно согласованное понимание. Это обеспечивает более высокий стандарт качества судебного решения.

 

3. Вероятность “проконституицоннного” подхода ординарного суда к разрешению дела. Суды не всегда охотно применяют напрямую конституционные положения и принципы в силу их абстрактности. Правовые позиции Конституционного Суда, которые уже являются результатом преломления абстрактных положений Конституции к определенной проблематике могут лучше сориентировать суды и сподвигнуть их на восприятие такого подхода к рассмотрению дела, который учитывает приоритет конституционных прав и свобод (при этом следует, конечно, иметь в виду, что практика КС, в особенности, последних лет содержит позиции, сформулированные в русле большей защиты публичного интереса, что может содействовать избранию более “прогосударственного” подхода). Правовые позиции тем самым служат инструментом, который сближает ординарный суд с конституционным текстом.

 

 

Суды довольно часто обращаются к правовым позициям Конституционного  Суда. На примерах споров с государственными органами, связанных с налоговыми и избирательными правоотношениями, проиллюстрируем, как суды пользуются возможностью (являющейся одновременно обязанностью) ссылаться на правовые позиции Конституционного Суда.

 

В сферах налогового и избирательного права нормативные правовые акты неоднократно становились предметом нормоконтроля в Конституционном Суде. Например, по оспариванию положений Налогового кодекса РФ КС рассмотрел в 2023 году 84 обращения, в 2024 году – 93 обращения, а в 2025 году – 131; по трем, пяти и четырем из них соответственно вынес постановления. Обращения по обжалованию Федерального закона “Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации” рассматривались реже. 2024 год при этом был отмечен более высокой интенсивностью обращений с оспариванием норм данного закона: КС принял 18 решений, из них – 3 постановления (для сравнения: в период с 2020 по 2023 Суд выносил по 1 постановлению); в 2025 году Суд вынес 13 решений, в том числе 2 постановления.

 

 

Как уже было сказано, общеобязательную природу имеют правовые позиции КС, выраженные не только в постановлениях, но и в определениях. Способ оформления правовой позиции никак не умаляет ее значимости, что демонстрируется устойчивым обращением к ним судов общей юрисдикции в налоговой сфере. Так, часто встречаются ссылки на Определение от 22 марта 2012 года № 479-О-О, в котором Конституционный Суд указал, что принудительное взыскание налога за пределами сроков, установленных Налоговым кодексом РФ, не может осуществляться (например, в решениях Предгорного районного суда от 8 февраля 2024 года по делу № 2А-3878/2023, Октябрьского районного суда г. Самары от 15 сентября 2023 года по делу № 2А-5319/2023, Центрального районного суда г. Воронежа от 23 октября 2023 года по делу № 2А-5671/2023).

 

Советский районный суд г. Махачкалы Республики Дагестан в решении от 21 августа 2024 года по делу № 2А-4276/2024, делая вывод о незаконности взыскания пени, учел правовую позицию КС в Определении от 17 февраля 2015 года № 422-О о том, что пени по своей природе носят акцессорный характер и не могут быть взысканы в отсутствие обязанности по уплате суммы налога, равно как и при истечении сроков на ее принудительное взыскание. К аналогичной позиции апеллировал Ноябрьский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в решении от 26 февраля 2024 года по делу № 2А-640/2024.

 

Еще один позитивный пример использования правовых позиций – в рамках защиты гарантий прав налогоплательщика, связанных с возвратом переплаченной суммы налога. Так, Центральный районный суд. г. Калининграда в решении от 20 декабря 2023 года по делу № 2А-3811/2023 принял во внимание позицию, выраженную в Определении от 21 июня 2001 года № 173-О: при пропуске указанного в пункте 7 статьи 78 НК РФ срока налогоплательщик может обратиться в суд с иском о возврате из бюджета переплаченной суммы в порядке гражданского или арбитражного судопроизводства. В решении было подчеркнуто “прямое указание Конституционного Суда” о необходимости применения к спорным правоотношениям гражданского законодательства.

 

Правовые позиции КС встречаются и в практике Верховного Суда. В кассационном определении от 14 июля 2021 года по делу № 34-КАД21-4-КЗ Верховный Суд, аргументируя свою позицию о  том, что применение при расчете налоговой базы инвентаризационной стоимости объекта налогообложения, превышающей кадастровую стоимость, возлагает на истца повышенную налоговую нагрузку, привел Постановление Конституционного Суда от 15 февраля 2019 года № 10-П. В нем КС подчеркнул возможность налогоплательщика требовать в целях исчисления суммы налога использования сведений о кадастровой (рыночной) стоимости имущества, если сумма налога, исчисленная исходя из инвентаризационной стоимости, существенно превышает сумму, исчисленную по кадастровой стоимости.

 

 

Правовые позиции Конституционного Суда часто имплементируются в судебные решения и для защиты гарантий избирательных прав граждан. К примеру, Верховный суд Республики Марий Эл в решении от 27 августа 2024 года по делу № 3А-66/2024, отказывая в удовлетворении иска об отказе в регистрации кандидата, подкрепил свой подход правовой позицией из Постановления от 30 октября 2003 года № 15-П: действия, не обусловленные объективно подтвержденным умыслом добиться конкретного результата на выборах, не могут рассматриваться в качестве предвыборной агитации.

Комсомольский районный суд Хабаровского края в решении от 22 марта 2021 года по делу № 2а-176/2021 также встал на сторону кандидата на должность главы сельского поселения, подчеркнув, что у ответчика (избирательной комиссии) имелись все необходимые для уведомления о выдвижении и (или) регистрации кандидата документы и необходимое количество подписей избирателей. Районный суд опирался в том числе на правовую позицию в Определении КС от 21 июня 2011 года № 867-О-О об императивном характере извещения кандидата о недостатках в представленных им документах и на позицию в Постановлении от 12 марта 2021 года № 6-П о том, что неисполнение или ненадлежащее исполнение избирательной комиссией обязанности известить кандидата о выявлении недостатков способно вызвать у него неосновательную уверенность в том, что им не допущены нарушения, влекущие отказ в его регистрации.

 

Верховный Суд в кассационном определении от 12 июля 2023 года № 5-ИКАД23-4-К2 апеллировал к определениям Конституционного Суда от 7 февраля 2012 года № 252-О-О и от 24 июня 2014 года № 1143-О с аналогичным содержанием о том, что факт обладания правовым статусом главы муниципального образования не может рассматриваться как безусловное препятствие для участия в сборе подписей. ВС опроверг вывод нижестоящих судов о недействительности представленных подписей избирателей и признал незаконным решение избирательной комиссии об отказе в регистрации кандидата.

 

 

Как демонстрируют примеры, суды могут успешно инкорпорировать в свою аргументацию правовые позиции Конституционного Суда, что может положительно повлиять на исход дела и защитить прав граждан. Интегрирование позиций КС – это обязанность суда. Однако роль стороны дела в содействии осуществления судом своей обязанности не может быть нивелирована: ее проактивное указание на правовые позиции КС в процессуальных документах может воздействовать на содержание судебного акта. Если выводы Конституционного Суда будут учтены самой стороной дела, то с большей вероятностью и правоприменитель обратит на них внимание.

 

Конституционно-правовая аргументация – это тонкая и сложная материя. Но оперировать ею принципиально важно уже на этапе первичного обращения за судебной защитой в ординарный суд. Возможность использования правовых позиций Конституционного Суда на низовом уровне не требует ожидания исчерпания всех внутригосударственных средств защиты и возникновения у лица права подать жалобу в КС. Конституционно-правовое обоснование доводов в ординарных судах при этом не тождественно мотивировке в конституционной жалобе. Но даже для потенциального обращения в Конституционный Суд такое применение правовых позиций может послужить сильной аргументационной базой, на которую будут в последующем накладываться уникальные для конституционной жалобы обоснования.

 

1. Лазарев, Л.В. Правовые позиции Конституционного Суда России / Л.В. Лазарев. – М.: Городец; Формула права, 2003. – 528 с.