Как сообщают Ведомости, депутаты КПРФ внесли проект закона о национализации. Если кратко, проект предлагает установить порядок принудительного обращения имущества юридических лиц и индивидуальных предпринимателей в государственную собственность с возмещением его рыночной стоимости и убытков. Речь идет прежде всего о предприятиях, имущественных комплексах и единых недвижимых комплексах, имеющих существенное социально-экономическое значение.
Основаниями для национализации могут стать, в частности: (1) угроза массовых увольнений; задолженность по зарплате; (2) существенное снижение оплаты труда; (3) неисполнение государственного оборонного заказа; (4) нарушения охраны труда или экологические нарушения; (5) риск дестабилизации деятельности социально или экономически значимых предприятий.
Решение о национализации предлагается принимать в разных формах: федеральным законом, постановлением Правительства РФ, указом Президента РФ или актом субъекта РФ — в зависимости от стоимости и значения имущества. Размер возмещения должен определяться арбитражным судом. При этом проект не распространяется на имущество физических лиц, не связанное с предпринимательской деятельностью, жилищный фонд и ряд иных объектов.
Проект закона о национализации в представленном виде вызывает серьезные вопросы с точки зрения юридической техники и системности регулирования. Прежде всего непонятно, зачем создавать отдельную правовую конструкцию, если вопросы принудительного изъятия имущества уже урегулированы гражданским законодательством. Сейчас законопроект выглядит как «лишняя сущность», которая не проясняет процедуру, а, напротив, создает дополнительные коллизии.
Ключевая проблема — выбранная форма национализации. Законопроект предполагает, что изъятие конкретного имущества может осуществляться путем издания нормативного правового акта Правительства РФ или акта субъекта РФ. Но национализация конкретного имущества конкретного лица по своей природе скорее является индивидуальным властным решением, а не нормативным регулированием. Если акт содержит предписание об изъятии имущества у определенного собственника, возникает вопрос: почему он оформляется как НПА? От этого напрямую зависит порядок его обжалования — по правилам КАС РФ, в арбитражном процессе или через механизмы конституционного нормоконтроля. Законопроект на эти вопросы ответа не дает.
Не меньше вопросов вызывает судебный элемент процедуры. В тексте говорится о равноценном возмещении, размер которого должен определяться арбитражным судом. Однако неясно, кто именно должен обращаться в суд, с каким требованием, в каком виде производства и что должно входить в предмет доказывания. Фактически предлагается административное изъятие имущества с последующим судебным определением компенсации. Но если суд все равно вовлекается в процедуру, логичнее было бы ставить вопрос о самом изъятии в судебном порядке, а не только о размере выплаты.
Отдельно обращает на себя внимание несогласованность уровней принятия решений. Для одних случаев предусмотрен федеральный закон, например при национализации предприятий стоимостью свыше 1 млрд рублей; для имущества стратегического значения — указ Президента; в иных случаях — акты Правительства РФ или субъектов. Такой разброс правовых форм выглядит необоснованным и создает риски произвольного выбора процедуры.
Особенно спорной является формулировка об обратной силе. Из нее можно сделать вывод, что национализация будет возможна и в отношении ситуаций, когда основания для нее возникли до вступления закона в силу. Для регулирования, связанного с принудительным прекращением права собственности, такая ретроактивность требует предельно четкого и конституционно выверенного обоснования.
Позитивно можно оценить лишь то, что проект не распространяется на имущество физических лиц как таковых: речь идет о юридических лицах, индивидуальных предпринимателях и имуществе, связанном с предпринимательской деятельностью. Это важное ограничение, однако оно не снимает главных вопросов к процедуре.
В целом законопроект производит впечатление документа, подготовленного без достаточной проработки процессуальной и конституционно-правовой архитектуры. Главный вопрос остается без ответа: национализация — это судебная процедура или административное изъятие с последующим определением компенсации судом?
Пока проект скорее предлагает вторую модель, но оформляет ее через набор разнородных актов — федеральный закон, постановление Правительства, указ Президента, акт субъекта РФ. Это создает серьезные риски правовой неопределенности и последующих споров о законности самих решений о национализации.
— Иван Брикульский, к.ю.н., руководитель Центра конституционного правосудия
