Вадим Испандияров — заявитель в деле, по которому Конституционный Суд РФ 28 января 2025 года вынес Постановление № 3-П (по делу сочинских садоводов), в котором дал новое истолкование ключевых норм (статьи 12 и 304 ГК РФ и ст. 1 закона о госрегистрации недвижимости). КС указал: если человек добросовестно приобрёл участок и пропущен срок исковой давности, аннулировать его право без компенсации нельзя. Это Постановление прямо указывало на необходимость пересмотра дела заявителя и аналогичных дел. Постановление КС предписывало учитывать добросовестность приобретателя и истечение срока давности как основания для сохранения права собственности или компенсации.
Постановление прямо предписывало пересмотр ряда дел, включая дело Испандиярова. Заявитель обратился в районный суд потребовал пересмотра дела. Несмотря на прямое указание КС, Приморский районный суд отказался пересматривать одно из дел Испандиярова.
Небольшое пояснение: у В. Испандироява были аналогичных судебных споров, предметом которых были два земельных участка. При этом в Конституционный Суд была подана жалоба, касающаяся лишь одного из указанных дел. Однако, в случае принятия Конституционным Судом постановления в пользу заявителя, выводы, содержащиеся в таком постановлении, могут служить основанием для пересмотра второго дела.
В апреле 2025 года Приморский районный суд отказался пересматривать дело, сославшись на то, что Постановление КС:
- «вынесено по другому делу»,
- не содержит прямого указания именно на это решение,
- не касается конституционности самих норм, применённых в деле,
- не создаёт новых обстоятельств по смыслу ГПК.
Фактически суд проигнорировал правовую позицию КС, придав постановлению избирательный, а не общеобязательный характер — вопреки ст. 6 и 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде РФ».
Испандияров подал частную жалобу в апелляцию, а также снова обратился в КС.
В порядке пункта 3 параграфа 67 Регламента КС обратился с требованием КС принять меры реагирования на неисполнение постановления. Он просил Председателя КС инициировать меры в рамках пункта 3 § 67 Регламента КС — это допускает рассмотрение вопроса на заседании КС и направление сведений о нарушении в надзорные органы.
В соответствии с пунктом 3 § 67 Регламента Конституционного Суда Российской Федерации,
«при установлении факта неисполнения или ненадлежащего исполнения решений Конституционного Суда, принятых в ходе осуществления конституционного судопроизводства, Председатель Конституционного Суда либо по его поручению заместитель Председателя Конституционного Суда вносит на рассмотрение Конституционного Суда в заседании предложения о мерах, которые могли бы способствовать обеспечению исполнения решений Конституционного Суда».
Данный пункт обязывает Конституционный Суд реагировать на случаи неисполнения его решений, что применимо к моему делу, учитывая отказ Приморского районного суда исполнить постановление № 3-П.
Краткая правовая позиция
- Постановление № 3-П имеет общеобязательную силуи прямо предписывает пересмотр дел, основанных на ошибочном применении норм;
- Суд не учёл принцип добросовестности приобретателяи истечение срока исковой давности, на которые КС обращает особое внимание;
- Отказ суда — это неисполнение постановления КС, что нарушает часть 1 ст. 6 и пункт 7 ст. 79 Федерального конституционного закона № 1-ФКЗ;
- КС в подобных случаях вправе принять меры для обеспечения исполнениясвоего постановления согласно пункту 3 § 67 Регламента КС РФ согласно которой если судебное решение основано на применении нормы в истолковании, расходящемся с позицией КС, оно подлежит пересмотру — вне зависимости от того, признана ли норма неконституционной.
Что дальше?
Конституционный Суд ответил на обращение Испандиярова. С одной стороны, КС указал, что Суд:
- не обладает полномочиями по обеспечению исполнения своих решений напрямую, поскольку это выходит за пределы компетенции, установленной ст. 125 Конституции РФ и ст. 3 ФКЗ «О Конституционном Суде РФ»;
- в соответствии с частью 2 ст. 111 ФКЗ, анализирует исполнение решений КСи при необходимости передаёт информацию о систематическом неисполнении в государственные органы;
- разъясняет, что оценка фактических обстоятельств делаи реализация правовых позиций КС относятся к компетенции судов общей юрисдикции, а контроль за соблюдением этих позиций — к вышестоящим судебным инстанциям.
Одновременно КС указал важную позицию, что положения ФКЗ о КС как, “прямо закрепляющие правила об обязательности и юридической силе решений Конституционного Суда Российской Федерации, не содержат каких-либо положений, позволяющих правоприменителю конституционно-правовое истолкование не учитывать законодательных норм, выраженное в сохраняющих силу решениях Конституционного Суда Российской Федерации и обеспечивающее защиту конституционных прав граждан”.
Иными словами, КС дал прямое указание на то, что правоприменители обязаны учитывать конституционно-правовой смысл норм. Если КС сказал, как нужно правильно понимать закон, то ни один суд, должностное лицо или орган власти не может это проигнорировать.
“Это обращение было сделано в порядке правового эксперимента — чтобы проверить, как работает механизм обеспечения исполнения постановлений Конституционного Суда. Целью было не только восстановление прав конкретного заявителя, но и проверка: можно ли через Регламент КС реально инициировать реакцию на отказ нижестоящего суда исполнять решение, имеющее общеобязательную силу?”
– Иван Брикульский
Дополнительное пояснение: постановление КС не было исполнено полностью в отношении первого участка В. Испандиярова
После Постановления КС по садоводам Испандияров обратился в суд за пересмотром своего дела по своему первому участку.
Аргументы были такими.
- Добросовестность приобретателя. Участок был приобретён добросовестно, на средства от продажи единственного жилья. Сделка оформлена официально, сведения зарегистрированы в ЕГРН, что является единственным доказательством права собственности по закону.
- Несоответствие сведений о границах. Землеустроительная экспертиза и выписка из Росреестра подтверждают отсутствие пересечения границ участка с землями особо охраняемой природной территории (ООПТ). Регистрация прав собственности на землю была произведена до регистрации заказника.
- Аргументы против позиции истца (природоохранной прокуратуры). Свидетельство на лесной участок, на которое ссылается истец, выдано позже, чем приобретён спорный участок. В ЕГРН нет координат у участка, относящегося к лесному фонду, что ставит под сомнение сам предмет спора.
- Сроки исковой давности. Дата, с которой мог начаться отсчёт срока исковой давности — 23 июля 2010 года, когда администрация признала утратившим силу старое постановление о предоставлении участка. Прокурор обратился в суд спустя более 10 лет, что, по мнению заявителя, свидетельствует о пропуске срока исковой давности.
- Внесение ограничений в ЕГРН произошло уже после сделки. Информация о нахождении участка в границах заказника «Абраусский» была внесена в ЕГРН только 27 февраля 2024 года. Поэтому такие ограничения не могли быть учтены ни продавцом, ни покупателем на момент сделки 2021 года.
- Право на жилище. В результате судебных разбирательств заявитель лишён возможности обустроить жилище, что нарушает статью 40 Конституции РФ. Заявитель просит суд обеспечить реализацию этого права путём предоставления нового участка в случае невозможности использования спорного.
Правовая позиция Конституционного Суда РФ. Ссылается на Постановление №3-П от 28.01.2025, подтверждающее приоритет достоверных сведений ЕГРН и презумпцию добросовестности собственника.
Требования Испандиярова: (1) Применить последствия пропуска срока исковой давности — отказать прокуратуре в полном объёме, (2) в случае невозможности использовать участок — обязать власти предоставить аналогичный участок для ведения садоводства с разрешённым использованием и провести необходимые работы.
Приморский районный суд в решении от 19 мая 2025 года отказывает прокуратуре в удовлетворении иска.
Но вопрос о предоставлении заявителю компенсации был полностью проигнорирован, несмотря на правовую позицию, изложенную в Постановлении КС. На момент рассмотрения дела заявитель фактически не получил никакой компенсации, несмотря на признание нарушения его прав. Формально за ним по-прежнему сохраняется спорный земельный участок, однако создавшиеся в результате действий (или бездействия) органов публичной власти условия делают пользование данным участком невозможным.
На фоне судебного спора об изъятии участка, по которому впоследствии было вынесено Постановление КС, в отношении Испандиярова было возбуждено ещё одно дело — о запрете хозяйственной деятельности и взыскании ущерба за вырубку деревьев на втором участке. При этом он действовал в границах принадлежащей ему собственности, зарегистрированной в установленном порядке, и не был уведомлён о каких-либо ограничениях. Только спустя время участок был включён в состав заказника. Тем не менее, суды признали действия собственника нарушением природоохранного законодательства и взыскали с него значительную сумму, одновременно фактически запретив любое использование участка. Это создало ситуацию, в которой имущество осталось формально за гражданином, но фактически было лишено ценности и полезности — без компенсации и возможности реального пользования.
Снова обращаемся в Конституционный Суд РФ!
В феврале 2026 года нами повторно подана жалоба в Конституционный Суд РФ в интересах Вадима Испандиярова. Поводом стало фактическое неисполнение правовой позиции Суда, ранее изложенной в Постановлении № 3-П от 28 января 2025 года.
После вынесения Постановления № 3-П заявителю было прямо указано на право добиваться пересмотра судебного акта, в котором нормам статей 12 и 304 ГК РФ был придан неконституционный смысл.
Однако суды общей юрисдикции отказали в пересмотре другого, но аналогичного по фактическим обстоятельствам и правовым основаниям дела, сославшись на формальное толкование пункта 3 части 4 статьи 392 ГПК РФ.
Фактически суды заняли позицию, что:
- пересмотру подлежит только тот судебный акт, который непосредственно исследовался в конституционном производстве;
- иные решения, даже полностью совпадающие по правовой природе спора, пересмотру не подлежат.
Такой подход создает ситуацию, при которой установленный Конституционным Судом конституционно-правовой смысл нормы не распространяется на идентичные дела того же лица.
Наши ключевые аргументы
В новой жалобе мы указали, что:
- норма пункта 3 части 4 статьи 392 ГПК РФ в сложившемся правоприменительном толковании нарушает право на судебную защиту (статья 46 Конституции РФ);
- отказ в пересмотре означает фактическое сохранение судебного решения, основанного на неконституционном истолковании нормы;
- суды общей юрисдикции не вправе игнорировать выявленный Конституционным Судом смысл нормы;
- формалистский подход разрушает баланс между принципом правовой определенности и гарантией судебной защиты.
Мы ставим перед Судом вопрос принципиального характера: должен ли пересматриваться судебный акт, если он основан на том же нормативном толковании, которое уже признано расходящимся с Конституцией, даже если формально это «другое дело»?
Чего мы добиваемся?
В жалобе поставлен вопрос о признании неконституционным ограничительного толкования пункта 3 части 4 статьи 392 ГПК РФ и о необходимости пересмотра правоприменительных решений по делу заявителя. Дело носит системный характер и касается гарантий реального исполнения постановлений Конституционного Суда РФ и права граждан на эффективную судебную защиту.
Комментарий Ивана Брикульского:
Проблема состоит в том, что в действующем толковании института пересмотра по новым обстоятельствам постановление КС не устраняет неконституционный смысл нормы из правоприменения, а лишь изолирует его в пределах одного судебного акта. При таком подходе даже выявление Конституционным Судом единственно допустимого конституционно-правового смысла не влечёт пересмотра иных решений, основанных на том же толковании и вынесенных в отношении того же лица. Это превращает обращение в КС в формальную процедуру, не влияющую на уже сложившуюся практику, и тем самым обессмысливает принятие самого постановления Конституционного Суда.
Ограничительное толкование пересмотра по новым обстоятельствам позволяет сохранить в силе судебные акты, основанные на уже опровергнутом конституционном подходе, несмотря на тождество применённой нормы и способа её использования. В таких условиях постановление Конституционного Суда не выполняет функцию коррекции правоприменения.
Комментарий адвоката, к.ю.н., Надежды Озовой:
Это дело выявляет принципиальный дефект механизма исполнения постановлений Конституционного Суда: даже лицо, по жалобе которого выявлен неконституционный смысл применённой нормы, не может добиться пересмотра другого судебного акта против него же, основанного на том же толковании. Суды общей юрисдикции фактически сузили действие постановления КС до единичного процессуального эпизода, игнорируя совпадение субъекта, нормы и способа её применения. В результате конкретный нормоконтроль утрачивает свою корректирующую функцию, а неконституционный подход сохраняется в силе под прикрытием формального понимания статьи 392 ГПК.
О нашем деле подробно писали СМИ:
Материал «Осторожно Медиа»: Государство отбирает частный бизнес. Как с этим бороться и кому это нужно?
Материал «Блокнот Новороссийск»: Вернуть нельзя оставить.
Материал “Ведомости”: Садовод, добившийся в КС права на компенсацию из-за изъятия участка, пошел в суд.
